О героическом в любви

В московском издательстве «Вече», в серии «Любимые», вышла книга Лидии Сычёвой «Мёд жизни».

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Прочитав эту книгу однажды, вы наверняка захотите к ней вернуться, и, возможно, не раз. В чём секрет притягательной силы рассказов Лидии Сычёвой, собранных в сборник «Мёд жизни»? Он и прост, и сложен одновременно.

Автор сумел сказать о любви своё, незаезженное слово. Нравственный конфликт подстерегает читателя с первых страниц. Как относиться к любви «греховной»? Греховной не от слияния тел, а от невозможности не любить «чужого», семьянина. Вопрос «как примирить грех с жизнью?» не только ставится предельно остро, но и однозначно разрешается в пользу любви.

Не спешите обвинять автора в аморальности. И герои, и их отношения, описанные в книге, необычны, исключительны. Повторить путь этих влюблённых невозможно! Повествование предельно реалистично, а всё же трудно поверить, что эти герои – где-то рядом с нами. Возможно, в соседнем вагоне метро или на заснеженной улице. «Почему мне так хорошо с тобой? – много раз спрашивала она его. - Потому что за нами стоит красота».

Чувство любви, считает автор, всегда радостное и даже сладостное, но и трудное, требующее огромной душевной работы, а порой и прямой борьбы с обстоятельствами, бытом и даже окружающими людьми. Борьбы и затрат душевных сил, которые не сулят никакого успеха, но любовь не погасят – это точно.

«Мёд жизни» – это и о том, как в раздрае внешнего неблагополучия, когда, кажется, всё против вас двоих, или же против тебя одного, или же тонет в буре мучительных сомнений, поисков и страданий, всё же, несмотря ни на что, это и повесть том, как сберечь, сохранить, выстрадать любовь и остаться в ней счастливыми! Вот о чём «Мёд жизни» – о героическом в любви. И эта исключительность заставляет по-другому взглянуть на «неправильные» отношения. «Пусть нас Бог судит, он нас соединил», – с таким выводом трудно спорить. Герои ничего не разрушают. Они – спасают, прежде всего, свои души, друг друга, свою любовь – главную симфонию жизни.

Это совершенно новый мотив в современной литературе, где ныне доминируют слабые, апатичные люди, изъязвлённые страстями и пороками.

Описанные в книге ситуации редко встречаются в жизни. Читаем в рассказе «Генеральша»: «Ну, и пошла я в загс. А там мне говорят: зачем вам его фамилия, вы всё равно потом не будете претендовать на наследство. А я им отвечаю: для кладбища, дорогие, для кладбища, чтобы, когда мы помрем, похоронили нас в одной могиле, больше мне ничего не надо. В общем, я потом пошла в их сельсовет и купила места. Могла бы и на Новодевичьем взять – деньги есть, не проблема, но он хочет лечь с родителями, в Панькино, а куда иголка, туда и нитка...»

Любовь – это не только радость от сопричастности к любимому человеку, это ещё и необычайно острое, пронзительное восприятие влюблёнными окружающего их мира. И потому даже обыкновенная прогулка по осенней аллее у влюблённых превращается в пышную и торжественную царскую тропу, золотистую от осенней листвы и яркого солнца, так, что восторг перехватывает сердце. Сама природа воздаёт почести влюблённым: «…они шли вместе по золотой шумящей аллее как триумфаторы».

В рассказах Лидии Сычёвой есть удивительная слитность чувств героев и окружающего мира. Как легко автор делает повествование масштабным, распахивая дверь в уже позабытые современным читателем состояния! Нас, вместе с героями рассказов, берут в плен «мелодичные» метели и «нежный» снегопад, а перемещение снежных частиц в зимней вселенной возбуждает в людях нечто «уютно-счастливое», дарит красочные минуты ликования и восторга, возвращая «к прежней, почти что позабытой русской жизни – сосредоточенно-трудовой и ответственной», где властвовала всё та же молодость души, а значит, желание любви.

В способности природы и людей возбуждать высокие чувства, в умении ощутить и передать эти состояния читателю, что несомненно характеризует филигранную литературную технику, мастерство автора, заключается ещё одна тайна «Мёда жизни». Наконец, бесспорно привлекательной стороной книги Лидии Сычёвой является язык её произведений: чистый, литературный, образный. Читаешь, как играет снег, и видишь всю картину заснеженных улиц, лесных тропинок, торящих путь лыжников, истосковавшихся по зиме. Или - всего несколько точных эпитетов в небольшом предложении, а образ дан исчерпывающе, и весь персонаж как на ладони: «Если бы для кино искали артиста на роль «порядочного человека», проходимец бы точно сгодился – так чист и невинен был его бесстыжий взор».

Чередование очень коротких, в несколько слов предложений, с умеренно-длинными, без сложных «заморочек», фразами, создают прозрачность и ясность повествования. Лаконизм и музыкальность, интонационное богатство и афористичность, динамичность фабулы и глубина сюжета – все эти качества присущи прозе Лидии Сычёвой. А обилие разговорной речи, диалогов, включают читателя в непосредственное общение с героями, в круг собеседников с ними – качество, редкое даже для прозы знаменитых писателей.

А как оживляют повествование всегда к месту припечатанные городские просторечия: «и тут затренькал мобильник», «скорая» выворачивала, бибикая», «телевизор толковал про тандем», «спросил без выпендрёжа», «уел цвет московской науки», «слушала вполуха», «не понимая половины его стрёкота» и др. Особую выразительность прозе Лидии Сычёвой придаёт чисто разговорная речь: «Побегли мы к Марфутке в окна подглядывать. Балалайка да мандолина режуть – пляска, песни. Девки как увидали нас, затопотали, заухали. Мы – убегать. Вера впереди, я отстала, не хочу Машу Хромую бросать. А темнотень – ни зги. И утыкаюсь в шинель».

Безусловно, мы обозначили лишь отдельные достоинства книги «Мёд жизни». И хотя они очевидны с первых страниц сборника, всё же глубина и самобытность созданного автором художественного мира раскрывается не сразу. Героическое и лирическое, бытовое и философское, личное, почти дневниковое, и государственное, концептуальное; аристократическое и народное – вот художественное и идейное пространство этого совсем непростого сборника. «Мёд жизни» дарит истинное удовольствие от прочтения и долгое радостное послевкусие.

 

Муза Махова, кандидат филологических наук

Загрузка...

Кто же освободил Освенцим

Заметки обозревателя АиФ Георгия Зотова о Великой Отечественной Войне и нынешнем отношении к ней в мире всегда читаю с огромным интересом и хочу поделиться некоторыми здесь.

Однажды Георгий приехал в Освенцим.

Все рассказы, и сам репортаж (есть много фото и видео) - позже. Сейчас скажу вкратце. Огромная территория (я провёл там 7 часов в общей сложности), настоящая страна смерти, фабрика бесконечных убийств. За четыре года (Освенцим открылся в 1940-м, но людей массово стали убивать чуть позже) тут погибли ПОЛТОРА МИЛЛИОНА человек. Некоторые называют цифру и в три, и в четыре миллиона. Евреи из разных стран Европы, советские военнопленные, польские повстанцы и их семьи.

Крематорий работал круглые сутки. Ни до, не после в одном месте не было уничтожено за такой срок столько людей. Никакой Сталин, на которого у меня либералы ссылаются в любом посте про нацистского преступника или нацистский концлагерь, до такого не додумался. Сухая техника, конвейер - эти сдохнут от голода, эти в газовых камерах, эти от непосильного труда. Там земля на несколько десятков метров вниз пронизана пеплом и обгоревшими обломками костей. Настоящий ад на Земле.

27 января 1945 года этот конвейер смерти перестал работать. Печи остановились. Хрен знает, сколько бы тут ещё перемололи людей за каждый месяц отсрочки. Но советские танки вошли в лагерь Освенцим, а эсэсовцы сбежали. Только вот знаете что? За остановку такого ужаса надо было памятник нашим солдатам поставить высотой с трехэтажный дом. Просто, что они вот такое остановили. И больше уже подобного не было никогда.

Но памятника нет. Зато американское посольство в Дании публикует твиты "к годовщине освобождения солдатами США Освенцима", а престарелая женщина в Британии заявляет, что фотографии освобождения русскими сфальсифицированы. И будут такую хрень нести и дальше, если уже начали. "Ваши были слишком скромными, поэтому памятника и нет...а сейчас его тем более не поставят" - сказал мне один польский журналист.

Зря. Не надо нам быть скромными никогда.

(с) ZотовПодпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен

наверх