Пулковская обсерватория потеряла свое значение. Интервью с Владимиром Липуновым

В этом году исполняется 180 лет со дня основания Пулковской обсерватории. Владимир Михайлович Липунов – один из самых влиятельных ученых-астрофизиков в мире - ответил на вопросы нашего корреспондента Аурена Хабичева о прошлом и будущем обсерватории, состоянии российской науки сейчас и о том, почему «аномально» сильные российские ученые стали большой редкостью.

Владимир Михайлович, Пулковской обсерватории целых 180 лет. Это своеобразный юбилей. А в тиакие праздники принято подводить итоги. Что значит  для вас Пулковская обсерватория?

Для меня – это не просто организация, но история русской науки. Это наша старейшая обсерватория.  По своему значению в 19 веке она, пожалуй, была действительно главной.

Основанная 180 лет назад, она занимала самое первое место в системе Российской Академии наук. Она вышла на высочайший мировой уровень. Была конкурентом Гринвича. Помогли в этом немцы. В частности, первые директора — семья Струве — Василий,  Отто, Яков и другие.  Пулковская обсерватория, без преувеличения, — душа нашей науки. Я в данном случае высказываю свое мнение. Мнение человека, у которого  с самой юности на стене висела фотография этого учреждения. У меня, можно сказать, с обсерваторией случились семейные связи. Я бывал там в гостях у Владимира Крата – одного из последних директоров советского периода. Это был замечательный человек, занимался астрономией, делал аэрокосмические эксперименты, запускал телескопы на воздушных шарах. Он делал совершенно передовые вещи.

Каково место Пулковской обсерватории в российской науке сейчас?

 Все большие обсерватории эволюционируют примерно в одном направлении.  Сейчас как наблюдательная база Пулковская обсерватория, конечно,  потеряла свое значение.  В войну она была полностью разрушена. Потом ее разумеется восстановили. Знаете, ведь есть легенда, что даже Пушкин бегал туда на звезды смотреть.  Да и до войны, в печальные годы репрессий кто-то из сотрудников был сослан в лагеря, кто-то просто расстрелян. Там работали и были включены в орбиту  «пулковского дела» люди мирового масштаба – Александр Николаевич Козырев, Матвей Петрович Бронштен, Борис Васильевич Нумеров и многие другие. В теоретической астрофизике известно классическое решение  Козырева-Чандрасекара. Напомню, что Чандрасекар в последствие стал нобелевским лауреатом.

Я работаю в Московском университете, но Пулковскую обсерваторию люблю и сочувствую ей. Ведь она пережила репрессии 30-х, расцвет 60-х и уход таких светил науки в 70-80-х. В 60-е годы в астрофизику пришли люди из очень важных атомных проектов. Оказалось, что наша Вселенная не такая, как мы думали в 19-м веке. Здесь на Пулковских высотах впервые было заподозрено и обнаружено так называемое реликтовое излучение Вселенной, предсказанное нашим соотечественником Георгием Гамовым. Наша Вселенная оказалась горячей. Но наступила самая страшная вещь в застойные годы. Всякий талантливый ученый не мог пробиться наверх,  если не был коммунистом-бюрократом. Зельдович - другое дело. Это человек руководил лабораторией  «Теория атомной бомбы» в проекте Курчатова. Не слабо, да? У него работало много других известных  и  секретных людей. Он был теоретиком и естествоиспытателем. Вот такого типа ученые стали исчезать из нашей науки к концу 80-х годов. Именно тогда бюрократия выхолостила, формализовала и развалила не только нашу науку, но и саму страну — СССР. А в 90-е годы люди вобще стали уезжать заграницу, потому что в нашей стране впервые был произведен невиданный эксперимент по удушению науки. Я помню, как я «бомбил» на такси. У нас тогда зарплата была пять долларов в месяц.

Выходит, что наши ученые могли работать в России только будучи «слепыми энтузиастами» своего дела?

Сейчас проблема нашей науки в том, что она тогда была обезглавлена. Многие школы распались. Сильные уезжали, слабых не брали. На Запад слабых не берут, туда уезжают сильные. Остаются здесь лишь аномально сильные. И вот этих аномально сильных осталось очень мало. Но они иногда появляются. Однако наша  наука так устроена, чт осталась слепком худших образцов времен застоя. Только в нашей стране Академия наук управляет денежными потоками, научными процессами и так далее. Это абсолютно неправильно. Вот на примере авиации. У нас за государственные деньги даже в самые мрачные годы, во время Берии, когда стоял вопрос о выживании, была личная частная инициатива. У нас стояли имена на самолетах, танках, вездеходах. Мы знали имена всех. Двадцать лет мы топчемся на месте из-за того, что личная инициатива полностью закупорена. В 90-е  многие живые, инициативные силы были уничтожены. А во главе науки опять встали ученые-бюрократы. Это секретари парткомов от науки. А я еще раз повторю — талантливый ученый не станет директором. Эта роль на Западе не состоит в том, чтобы публиковаться со своими подчиненными. Его цель в том, чтобы его институт выдавал максимальный импат-фактор и индекс цитируемости. У нас этого нет. У нас  в результате личность исчезает. Вот пришел президент и спрашивает: как я буду поднимать науку? Вот что Путину сказать? Причина упадка российской науки в том, что кругом это мышление армейское, субординационное. Восстановление вертикали власти. Но в науке такого быть не может. Там есть другая, гораздо более мощная вертикаль — физические фундаментальные законы природы. А ни черта наши ученые не придумали за 30 лет такого интересного за исключением нескольких людей, которых заткнули в самую страшную яму. А знаете почему? Мне человек из Правительства сказал, что у нас не нужны таланты. Высочайший помощник. Так и сказал: Владимир Михайлович подумайте кому вы нужны? Ни-ко-му!

Владимир Михайлович, лично вы сделали очень многое для становления и развития российской науки не только в рамках страны, но и всего мира.

Я построил глобальную сеть. В эпоху санкций я поднял флаг России на Канарских островах. Результат современной политики очевиден — двадцать лет топчемся на месте, открытий больших нет, везде уравниловка.  В нашей науке полностью скопировали американскую систему грантов.  Но ведь американская система основана на том, что там последние 100-150 лет эксперты этой системы — это избранные в здоровой  прозрачной конкурентной борьбе ученые. А представьте эту систему прилепили на нашу бюрократическую науку,  где правят чиновника, через которых идут все потоки. В Америке, если ты ученый, тебе дали денег и ты с ними ничего не сделал, то тебе второй раз никогда в жизни не дадут. Почему у нас сталинская наука развивалась? Да потому, что нужно было выживать. Когда стоит вопрос жизнь или смерть, вот тогда Правительство понимает, что надо брать не бюрократа, а надо брать физика Курчатова. Брать инженера-конструктора Королёва. А у нас с этой вертикалью  власти, где новые фамилии? Где новые Ту-154, Як-40, Ил-86?  Мы перестали называть вещи своими именами!  Кого это Сколково воспитало? Сколково превратилось в специальное учреждение для утечки русских мозгов. Сейчас на кону вопрос выживания. Путин пришел поднимать науку и спрашивает: кто у нас за науку отвечает? Ему отвечают — Академия наук. О, значит сейчас мы для этой академии наук назначим нового генерала и он там будет разбираться. Но ничего не будет. Деньги не идут к талантливым людям. Средства поступают только высокостоящим. Мы скопировали американскую систему грантов, а экспертами там оказались «дети» вот этих бюрократов. Они там друг друга вытягивают просто. Мой проект участвовал решительным образом в лучшем эксперименте 21-го века — обнаружении и локализации источника гравитационных волн. Ничего лучше в этом веке пока не сделали в оптической астрономии. Что вы думаете, кто-то мне дал грант дал на следующий год? Наплевали на десятки опубликованных в лучших мировых журналах, включая Nature, статей. Ни-хре-на никто не дал. Я знаю десятки ученых в нашей области, которых можно поднять. В конце 90-х годов я предложил как прекратить утечку мозгов. Это очень просто, тривиально. Наша экспертная система не работает, если за 20 лет она ничего не дала, то её надо менять. У нас в науке есть реальные объективные эксперты. И это — иностранные ученые. Они выбирают лучших ученых России каждый день! Посмотрите на кого ссылаются американские и европейские ученые и все. Выбрать в каждой науке по своей золотой сотне ученых, и направить финансирование им - они реально показали, что умеют работать. Вот как надо решать научную проблему бюрократии в России. Но что мы видим, мы в стране решаем все проблемы созданием очередного министерства или ведомства, то есть опять плодим бездельников-бюрократов. Я бы даже сказал, что бездельники  это еще было хорошо, но они подобны самому страшному — дуракам с инициативой.

Мы все-таки немного ушли от темы. Мне  интересны ваши собственные проекты. Я часто сталкиваюсь в новостях с вашим именем. Что-то читал про роботов-телескопов, запущенных вами. Это же умопомрачительно!

 Я сейчас занимаюсь двумя проектами. Первый — это построение глобальной сети телескопов нового поколения на базе уже построенной, отработанной сети МАСТЕР . Мы первые в России сделали настоящие роботы-телескопы. Они месяцами  самостоятельно  работают. Они стоят в Южной Африке, в Аргентине и даже в стране НАТО на Канарских островах. И мы в 2015 году подняли флаг России на Канарских островах. Приехал король Испании! Приехал кто-то из российского посольства , увидел меня и спрашивает: а что вы тут делаете? Наша страна не знала о таком прорыве. Академия наук не знала о наших достижениях. Они и сейчас тратят миллиарды, пытаясь повторить  мой успех. И ничего не сделали. А я построил за 57 миллионов рублей благодаря поддержке программы развития МГУ и частного предприятия Московского Объединения «Оптика». Вся структура науки у нас просто идиотская,  она скопирована с годов застоя. Всякая инициатива давится. Пусть Путин задумается, почему американцы берут у нас и поднимают лучших, а мы не можем. Денег нет? Да, маловато. Но я не о деньгах, а о лучших. Как американцы узнают, кто из ученых — лучший? А мы не можем?  Я в советское время не был партийным. Меня поднял Яков Борисович Зельдович — мой руководитель  в аспирантуре. Он имел три звезды Героя Социалистического труда. Он пробил мне московскую прописку и сказал: он должен  тут работать. А его пробила нужда в сталинско-бериевскую эпоху. Берия был самым лучшим менеджером в науке. А сейчас что? Пришел Рогозин в Роскосмос и выкинул нас из этой системы. Я и мои воспитанники получаем цитируемости больше тысячи на брата. Найдите в целой стране хоть один институт, где были бы такие показатели? У меня нет гранта российского национального научного фонда. Я пишу по 15 статей в год. У меня 2 статьи в Nature вышли в один год!  Это не теория, а эксперимент! За это меня лишили поддержки. Так это означает, что санкции нам не только запад выписывает, но и РНФ российский! Я и моя группа опубликовала около двух тысяч работ в последние годы. Большую часть из работ пишем вместе с роботами! Причем, это не такие роботы какие показывают Путину - роботы-марионетки. Они месяцами работают без нашего вмешательства. Такой технологии нет ни в Европе, ни в Китае. Да в США, в Калтехе, только отчасти.  

Владимир Михайлович, РБК на днях написали, что астрономические наблюдения в Пулковской обсерватории в течение пяти лет будут свернуты и перенесены на другие базы. Да и вы сказали, что Пулковская обсерватория сейчас потеряла свои позиции. Как их вернуть?

Возращаясь к Пулковской обсерватории. Чтобы она стала не только музеем, но реально работающей на передовых позициях науки коллективом, нужно, во-первых связать её с Питерским университетом. Надо открыть кафедру во главе с ведущим ученым Пулково, например. Без молодой крови всё зачахнет. Не зря вся наука запада сосредоточена в университетах. Во-вторых, об астрономических наблюдениях. Один из наших роботов МАСТЕР работает на горной станции Пулковской обсерватории под Кисловодском. Местные пулковчане — соавторы всемирно известных наблюдений. Я не предлагаю всей обсерватории работать в сети МАСТЕР, а перенять опыт роботизированных наблюдений, и тогда великая Пулковская обсерватория станет не только достопримечательностью, но и образцом экспериментальной астрономии мирового уровня.

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Фото: CC0 1.0, https://ru.wikipedia.org/w/index.php?curid=7126706

Справка: Владимир Михайлович Липунов

Почетный профессор Московского государственного университета им.М.В.Ломоносова, 

Профессор кафедры астрофизики и звездной астрономии физического факультета МГУ,

Заведующий лабораторией космического мониторинга,

Руководитель Глобальной сети телескопов-роботов МАСТЕР

Страница авторская в интернет:

 http:www.pereplet.ru/avtori/lipunov.html

Загрузка...

Определился участник «Евровидения-2020» от Украины

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен

На музыкальном конкурсе «Евровидение-2020», который пройдёт 12 мая в Роттердаме, Украину будет представлять музыкальная группа Go-A.

Исполнители победили в финале национального отбора, который прошёл в субботу, 22 февраля.

За право выступить в финале конкурса боролись ещё пять исполнителей: певица Jerry Hail (Яна Шемаева), KRUТЬ (Марина Круть), певцы David Axelrod, Khayat (Андрей Хайат) и группа Tvorchi.

65-е по счету «Евровидение» пройдёт с 12 по 16 мая в концертном зале Ahoy. Логотипом стал круг из флагов 41 страны, а девизом — «Откройся» (Open Up). Нидерланды получили право на проведение «Евровидения» в этом году после того, как в 2019 конкурс выиграл Дункан Лоуренс с песней Arcade.

В прошлом году Украина в конкурсе не участвовала из-за скандала вокруг украинской певицы Maruv (Анна Корсун). Артистка выиграла национальный отбор на «Евровидение», но не поехала представлять страну. После победы Национальная общественная телерадиокомпания Украины (НОТУ) выставила ей жёсткие условия, включая ряд политических требований. Принять их певица отказалась. В результате организаторы отбора предложили поехать на «Евровидение-2019» финалистам, занявшим второе и третье места, но они это также отказались.

Ранее композитор Игорь Крутой назвал имя самого достойного артиста, который сможет представить Россию на международном песенном конкурсе Евровидение-2020 в Нидерландах.

фото: Eurovision

наверх